Шуточная смешная сказка про царя русского и царя немецкого

Шуточная смешная сказка про царя русского и царя немецкого

Землю жмет фундамент медный,
Небо жжет златой венец;
Шире моря-океана,
Крыша, словно без конца;
Стены будто из тумана
Все сибирского свинца:
По углам резные башни,
Окна в них — сердолики,
А на шпицах наши шашки,
Сестрорецкие штыки.
В башнях странствуют солдаты.
При бедрах у них булаты,
А в руках ковши, лопаты.
В зимний холод для потех
Загребают в небе снег;
Снег бросают на долины,
И российского царя,
Молодца-богатыря,
Грудь и очи соколины,
Превозносят в небесах.
Солнце — мячик в их руках,
Им солдатушки лихие,
В дни играют гулевые;
А с молодушкой Луной,
Как с подругой дорогой,
Разговор ведут и дружбу,
День и ночь несут ей службу:
Моют свежею водой,
Берегут лица румянец,
Трут кирпичиком, золой,
И зубком наводят глянец;
Словно маленькой сестрой,
Новой тешатся Луной.
Старой — плохо: тесаками
Режут, крошат, чтоб звездами,
Как потешными огнями,
Разукрасить неба своди,
Словно Питер в новый год.
Пестры курочки рядами,
И повзводно петушки,
Золотые гребешки,
Разноцветными хохлами,
Разноперыми хвостами
Пыль па башенках метут;
Клювом облачки дерут,
Свежий дождик в тучах пьют;
Куры песенки поют,
С неба звездочки клюют.

И лихо — хитрецко дело,
Стало немцу взор мутить;
Лихорадкою бьет тело.
И не смеет говорить;
Как и быть, бедняк не знает:
— «Что?» (царь русской восклицает),
«Аль не дивно? Так внутри,
Походи, да посмотри!»

В немце жизни не заметно.
Стыд коверкает лицо.
Царь ведет его приветно
На широкое крыльцо
Чрез гранитные ступени,
В малахитовые сени
Двери вскрылися собой;
Так и блещут бирюзой!
За дверями часовой,
В ярко-вышитом мундире;
Все кресты, какие в мире,
Можно вздумать и сочесть,
На груди его — все есть;
На руках пятьсот шевронов,
Целых двести золотых;
Остальные из басонов,
Не простых, а вышивных;
В каждом — два десятка клеток,
В каждой клетке — сто заметок,
Счет забранных городов;
В час не вымерять усов;
А рукою богатырской
(И подумать … задрожишь)
Лондон город и Париж
Зашвырнет за край Сибирский…
Из сеней покоев ряд,
Поражает немца взгляд,
Блеском радуги чудесной;
Все блестят, как свод небесный. –
Через них резным полом,
Шитым бисерным ковром,

В зал проходят танцевальный,
Весь граненый, весь хрустальный;
Стены, пол и потолок,
Искры, каждой уголок —
Все горит огнем хитрецким,
Смыслом русским молодецким.
Как поспел хрустальный зал,
Стало солнышко проситься,
Посмотреть и подивиться;
Зодчий промаха не дал,
(Как фельдфебель быль удал),
Солнце ввел и — запер зал,
И горит оно в затворе.
Русски девушки в уборе,
В дымках, словно в облачках,
Все в торжковских кушачках,
Все в глазетных башмачках,
Пляшут, вьются до упада,
Шелку — кудри их досада.
Зубки — жемчугу не надо,
Щечки — розаны из сада,
Вздохи — вешняя прохлада,
Стан и плечи, все подряд;
А из отблесков алмаза,
Каждой вставлены два глаза;
Да за то уж и горят! …

Видя дивности такие,
Немец-царь: «Ах, ах, да ах!…»
Да вдруг в ноги — чубурах,
И кричит: «Ура, Россия!»
А российского царя
Молодца-богатыря,
Просит бедный со слезами,
В живе к дому, отпустить;
И клянется небесами
Впредь навек покорными быть.
Дурь немецкую забыть.
Любят русские смиренье—
В молодецку царску грудь
Западает сожаленье;
Царь не сердится ничуть,
Не бранит его нисколько.
Щелкнул по носу — и только,
Говоря: «Умнее будь!»

Сам по-царски поступает,
Солнце в отпуск отпускает,
Чудных девушек лицом,
Да солдата-воеводу
Оставляет образцом
Православному народу;
Остальным же всем добром,
Разукрашенным дворцом,
Как московским калачом
Подарил он басурмана,
Приказав начать другой.

Шуточная сказка про царя - Пир на весь мир
Художник В.Архипов

Не видал еще я плана,
Но прослышал стороной,
(Знает все мой кот рассказчик)
Будто первый был — образчик,
А что в новом на весь мир,
Царь задать желает пир.
Кот сказал мне под секретом,
Что зиму сменяют летом:
Что приказано царем —
Воздух выстирать путем;
Небо вывернуть, как шапку;
Солнце, радугу и гром,
И луну схватить в охапку,
Если можно — так добром,
А не то — хоть и штыком,
По воинскому порядку;
А из солнечных лучей
Сделать яркую ограду
В виде копий и мечей,
За ограду — гром в засаду,
Чтоб в обед от самых щей
Гром гремел вплоть до сластей;
Молнью по двору разбросить
В виде розовых песков,
А вдоль лестниц и полов,
Вместо бисерных ковров,
Лентой радугу набросить;
А молодушкой луной,
Белым, нежным полусветом,
Осветить один покой.
Вечерком в покое этом,
Будут трубочки курить,
Сладкий мед, валяясь, пить.
Ну, на славу угостить.
Пир, чтоб все в земле дрожало,
Под водою б все бежало;
Жаль, людей на свете мало,
И боится царь-отец,
Пуст покажется дворец.
А? Каков наш молодец?
Немцу, где за ним тягаться!

Ну, да что и говорить,
Лучше сказку пояснить
Поскорей, не то сбираться
К перекличке нам пора.—
Смирно! слушай пехтура!
В службе царской отличаться.
По присяге век служить;
Неприятелей губить;
Злому злым и откликаться,
Побежденному простить,
И молить Творца земного,
Не богатства золотого,
А священного добра.
Век царю! нам — век… Ура!!!

Литература:
«Русская Старина», 1872 г.
Н. В. Гербель, «Русские поэты», хрестоматия, СПб., 1880

Страница: 1 2 3

Ссылка на основную публикацию